BLOG #80R. Эссе На Книгу Миши Кучеренко «СтереоПравда – Неполиткорректная История High End Audio»

StereopravdaStereopravda

BLOG #80R. Эссе На Книгу Миши Кучеренко «СтереоПравда – Неполиткорректная История High End Audio»

В силу сложности текущего момента, в том числе, и по распространению моей недавно вышедшей книги, я решил написать собственное на неё эссе
(в которое я включил ещё кое-какой дополнительный материал во Введении).

Так как я попытался включить в него краткое обсуждение (почти) всех основных идей книги, то оно всё ещё получилось достаточно длинным (даже если оно составляет примерно 10% от всего объёма книги).

Тем не менее, хорошего чтения!


В ЧЁМ ЗАКЛЮЧАЕТСЯ ОСНОВНОЙ СМЫСЛ НАСТОЯЩЕГО HIGH END AUDIO?


Эссе на тему книги Миши Кучеренко «СтереоПравда – Неполиткорректная История High End Audio» (Машина Времени. Санкт-Петербург. 2020)
[N.B. слово «стерео» по-гречески означает «твёрдый», e.g. «стереотип»]


                                  ВВЕДЕНИЕ - ИССЛЕДОВАНИЕ СТА

В прошлом году американская Ассоциация Потребительских Технологий (Consumer Technology Association - CTA) провела очередное ежегодное исследование на тему демографии нынешнего рынка звуковой техники – см.:


https://www.psaudio.com/article/the-changing-audio-consumer-and-the-future-of-audio/


Целью этого исследования было помочь членам этой Ассоциации – производителям, продавцам, разработчикам и другим участникам аудио индустрии - лучше понять сложившийся рынок и адаптировать свои ожидания, методы, планы по новым разработкам и соответствующим услугам к особенностям текущего момента.

Результаты этого исследования показали, что по сравнению с достаточно длительными периодами стабильного доминирования давно сложившихся конфигураций бытовой аудио техники, скажем, даже лет пятнадцать-двадцать назад, положение звукового сегмента внутри совокупной индустрии Потребительской Электроники и специфика использующихся в нём на данный момент технологий не только радикально поменялись, но и продолжают существенно меняться прямо у нас на глазах.

Соответственно, за последние лет двадцать пять, в текущем перечне всего набора товаров Потребительской Электроники, высококачественная аудио техника значительно деградировала по уровню своей востребованности.

Если, скажем, в 1994-м году на основной выставке по Потребительской Электронике в мире – Consumer Electronics Show в Лас Вегасе – кроме аудио- (и относительно немногих экспонатов, по нынешним представлениям, довольно низкокачественной потребительской видео-) техники почти ничего не было, то четверть века спустя там можно было найти всё что угодно – беспилотные автомобили, «дроны», всевозможные последние компьютерные «гаджеты» и прочее - кроме экспонатов (за самыми редкими исключениями) «чистого» аудио или видео.

В силу того, что её нынешним слушателям музыка доступна везде где только можно - дома, на улице, в общественном транспорте, в путешествиях и так далее - то, среди прочего, последние изменения затронули и среднее качество звука современной аудио аппаратуры,

В зависимости от конкретного сегмента аудио техники, эта динамика средних изменений качества звука в последнее время может быть, как, в-целом, со знаком «плюс» (в случае относительно быстро развивающегося сегмента портативного аудио), так и, в-целом, со знаком «минус» (в случае постоянно находящейся на спаде своего влияния на предпочтения своих потенциальных потребителей индустрии домашнего аудио).

Всевозможные портативные «наушниковые» системы (в самом широком смысле их всевозможных разновидностей, в том числе, включая и ушные мониторы) стали доминирующей аудио технологией, всё более вытесняющей с рынка технологии домашнего прослушивания музыки.

По совокупности, смартфоны плюс Интернет плюс «наушники» – это основный источник трансформации потребления музыки в современных условиях.

Тем не менее, согласно последнему исследованию СТА, нельзя сказать, что спрос на традиционное специализированное домашнее (двухканальное «стерео») аудио полностью сошёл на нет.
В этой области продолжаются разработки новых, как правило, цифровых, технологий, в том числе по «продвинутой» настройке звука акустических систем под свойства конкретных помещений, по адаптации всех последних технологий доступа к музыкальному контенту, по развитию технологий зонирования звука в пределах одного и того же акустического пространства (с помощью «формирующих звуковой луч» устройств типа «саундбаров»), по поступательному развитию технологий «3D-звука» и так далее.

Согласно этому же исследованию, 82% музыки (в США) потребляется сейчас с помощью «стриминга», при этом, качество раздаваемого таким образом материала неуклонно улучшается. Такой высокий процент однозначно связан, опять же, со значительным преобладанием портативного способа прослушивания.

Учитывая общее снижение значимости музыки в списке социально важных приоритетов (см. ниже) крайне удивительным выглядит то, что в этом последнем опросе CTA 43% опрошенных всё ещё охарактеризовало себя в качестве «страстных любителей музыки», то есть тех, кто ощущает существенную важность музыки в своей жизни.
Причём, эта цифра продолжает увеличиваться по сравнению с предыдущими исследованиями, а сама эта группа пользователей становится всё более и более разнообразной.
Многие участники этого опроса подчеркнули, что не могут прожить и дня без сосредоточенного прослушивания музыки. Эта группа оказались наибольшей среди всех других в этом исследовании.

Все остальные группы относятся к категории «безразличных» слушателей, что не означает, что им совсем не интересно слушать музыку, просто им совсем не хочется думать на тему качества использующейся ими аппаратуры.

12% слушателей по-прежнему используют традиционно сложившиеся технологии прослушивания музыки в домашних условиях, хотя исследование показало, что в этой области доминирует отношение к аудио технике в-основном как к статус символу, то есть её внешний вид, качество отделки, «эксклюзивность» и прочее играют для них намного большее значение при выборе конкретной аппаратуры, чем демонстрируемые ей уровень качества звука и/или её дополнительные технологические возможности.


При этом нужно иметь ввиду то, что по сравнению, со, скажем, серединой 1990-х все возможные звуковые технологии сейчас также включают в себя и технологии видео игр, виртуальной реальности и прочее, где звуковой опыт должен содержать в себе эффект «погружения», при котором возможность локализации звука в любой из точек (искусственно или естественно) воссоздаваемого всеобъемлющего «3D-звукового» пространства является ключевым элементом данных технологий.

Несмотря на беспрецедентно высокие «звуковые» возможности современной аудио техники и несмотря на то, что всё больше и больше людей в мире слушают музыку всё более и более разнообразными способами, как видно из результатов этого исследования в США, большинство из слушателей (57%) всё же относится к качеству звука без особого интереса.

И тем не менее, исследование CTA также установило, что около 14% слушателей считает себя так называемыми «аудиофилами», то есть теми не типичными потребителями, для которых качество звука является значительным приоритетом, которые разбираются в соответствующих технологиях, а также и отдают себе полный отчёт об их конкретном на него влиянии.
При этом, ради достижения максимального уровня этого качества, они готовы тратить дополнительные, а подчас и значительные, силы, время и средства.

Именно о последней группе аудиофилов, а также и о возможном смысле их страстного отношения к «звуку», и пойдёт здесь речь ниже.


                           «ЕДИНСТВЕННЫЙ ПРАВДИВЫЙ СИГНАЛ»

Для предыдущего поколения любителей музыки, она была, по выражению известного американского исследователя нейро-процессов Дэниэля Левитина, «единственным правдивым сигналом», а для многих из них, по сути, ещё и единственным «окном в мир».
Последнее особо очевидно при взгляде на отечественную историю тех времён, когда «в «Правде» не было известий, а в «Известиях» не было правды».

В советские времена типичный набор бытовой техники включал в себя холодильник, домашний телефон, стиральную машину, телевизор (с двумя программами Центрального Телевидения под жёстким контролем правительства), коротковолновый приёмник (в-основном для того, чтобы пытаться слушать «вражеские «Голоса»» из-за «Железного Занавеса») и магнитофон.

Поэтому в то время музыка играла роль своего рода религии, давая многим, особенно молодым, людям те ответы на те их метафизические вопросы, которые нигде больше они не могли тогда найти
(кстати, в единственном на весь СССР месте, где были тогда в открытом доступе разрозненные номера нескольких западных изданий по рок-музыке - Всесоюзной Библиотеке Иностранной Литературы в Москве – можно было взять только отдельные номера тех же «Rolling Stone» и почитать их там «без выноса» в читальном зале. Но почти на каждой странице какой-то цензор самым тщательнейшим образом вырезал лезвием не только отдельные фразы, но даже иногда и целые куски статьей).

Соответственно, в то время сакральное отношение к музыке по всему миру – а не только в странах за «Железным Занавесом» - вело и к самому повышенному вниманию по отношению к качеству соответствующей музыкальной «церковной утвари», и поэтому к созданию собственных аудио систем значительная часть наиболее «продвинутого» населения относилась как к созданию собственных «музыкальных алтарей».

В нынешнюю эпоху воинствующего материального потребительского максимализма, явившимся следствием снятия почти всех ограничивающих социальных барьеров, в том числе, «агитпроповского» и культурного свойства, и который полностью расфокусировал внимание оголтевшей от него публики с любых требующих даже минимальные духовные усилия явлений, создаётся полное ощущение того, что значение музыки в обществе свалилось до уровня не более чем «музыкальных обоев».
И именно поэтому мне было настолько неожиданно увидеть такое достаточно высокое количество по-прежнему «страстных» любителей музыки, которые фигурируют в последнем опросе CTA.

Ещё более неожиданным для меня было увидеть там такой достаточно высокий процент «аудиофилов».


                                  НЕПОЛИТКОРРЕКТНАЯ ИСТОРИЯ

Исследованию всех особенностей этого высшего по качеству – «аудиофильского», по отчёту СТА – сегмента бытовой звуковой техники, которое на Западе окрестили именем «High End Audio», посвящена только что вышедшая в питерском издательстве «Машина Времени» книга Миши Кучеренко под названием «СтереоПравда – Неполиткорректная История High End Audio»:


https://www.timemachinebooks.ru


Она явилась результатом тридцатилетнего пути автора в области самой высококачественной звуковой техники – от простого энтузиаста, через многолетнюю профессиональную деятельность в этой индустрии в совершенно разных ипостасях - и до собственного производства ушных мониторов экстра-класса серии StereoPravda SPearphone, получивших широкое международное признание
(целая глава этой книги посвящена детальному описанию конструкции ушных мониторов StereoPravda с целью показать конкретный пример применения возможных технологий постройки моста между «старым добрым» домашним High End Audio и его новой портативной версией).

Эта книга намеренно избегает мемуарного жанра, все биографические сведения об авторе в ней используются только для подводки от одной точки повествования к другой, а также и с целью всевозможных иллюстраций.

High End Audio рассматривается в ней с различных точек зрения, и почти не вникая в сугубо технические детали, в-основном, она пытается ответить на главные вопросы:
что представляют из себя настоящие «аудиофилы» и зачем им «всё это» может быть нужно
(попутно – а почему бы и нет?! – она пытается рекрутировать в их ряды хоть сколько-нибудь непосвящённых в эту тему истинных любителей музыки).


Какой бы тавтологией это и не звучало, но наиболее значительной идеей данной книги является то, что «только значительные идеи могут привести к значительному результату».


В контексте стремления к максимальному расширению рынков современной капиталистической экономики через унификацию всего, всех и вся (по принципу наименьшего общего знаменателя), каждое объективное рассмотрение любой (даже вполне невинной и, причём, даже положительной) сегрегации не может тут же не начать нести на себе определённый оттенок «неполиткорректности».
Поэтому искренняя попытка автора этой книги максимально глубоко вникнуть в истинный смысл самого явления High End Audio с целью найти ответы на его самые фундаментальные вопросы, почти однозначно может начать попадать в последнюю категорию.
Отсюда и название этой книги - так как её автор готов к худшему - а отнюдь не от того, что он намеренно стремится к какой-либо «скандальности» её содержания.


                                      ОТ КОЛЫБЕЛИ ДО ЦИТАДЕЛИ

История High End Audio начинается на заре первых открытий, изобретений и инноваций в области записи и воспроизведения звука середины ХIХ-го века. К середине ХХ-го века наилучшая аудио техника вышла на уровень качества, почти полностью конгруэнтного всем основным процессам восприятия звука человеческим слуховым аппаратом.
И в этом смысле можно сказать, что начиная с этого времени, на лучших записях и на самой лучшей аппаратуре, их звук стал успешно конкурировать – с точки зрения передачи всей музыкально значимой информации - с соответствующими «живыми» исполнениями.
Поэтому если до середины ХХ-го века оценить всю глубину музыкальных и интеллектуальных мыслей в музыке можно было только на её «живых» представлениях в концертных залах, то, скажем, сейчас, то же самое можно сделать уже даже сидя в вагоне метро.

Однако, на протяжении всей истории развития аудио техники фундаментальная диалектика рыночных отношений, как способствовала постоянному улучшению её качества звука, так и, при последовательном внедрении его технологий «в массы», всячески препятствовала полноценной реализации всего её накопленного потенциала.

Соответственно, High End Audio, за все годы своего существования, как высший по качеству сегмент аудио индустрии, прошёл свой путь от колыбели в точке бифуркации качества звука, когда тот дорос до уровня почти полной конгруэнтности возможностям человеческого слухового аппарата воспринимать музыку (а большего нам и не надо, не так ли?) - и до цитадели единственного хранителя основной системы ценностей в области абсолютного «звука», которая и продолжает обеспечивать её постоянную жизнеспособность.


                  ГДА БУДУЩЕЕ ВСЁ ВРЕМЯ ОКАЗЫВАЕТСЯ В ПРОШЛОМ

Так как аудио – эта самая старая отрасль Потребительской Электроники, то его «Золотая Эпоха» наиболее важных открытий и разработок (по крайней мере, аналоговой техники) приходится на 30-е – 50-е годы прошлого века.
На тот момент развитие технологий, теоретических представлений и инструментальной исследовательской базы ещё не были в состоянии позволить выработать все необходимые стандарты качества, и эта индустрия отправилось в свой исторический путь совершенно не оснащённая ими.

В отличие от видео индустрии, возникшей на двадцать лет позже аудио, в гораздо более продвинутых технологических и научно-технических условиях, позволивших сразу же выработать соответствующие стандарты качества видео изображения, что всячески способствовало бурному и непрерывному росту и развитию видео индустрии на протяжении всего этого времени, отсутствие общепринятых стандартов качества звука в аудио постоянно оставляет его будущее, образно говоря, как бы, «в прошлом».
Под последним здесь имеется ввиду то, что значительная часть его поныне существующих аналоговых решений полностью соответствует тем, которые использовались в нём почти сто лет назад.
Также, это означает и то, что сходная по назначению аудио техника, произведённая десятилетия назад, не только до сих пор сохраняет свою полную работоспособность и все свои потребительские свойства, но и в значительной части примеров (за исключением, пожалуй, только самой последней цифровой техники) демонстрирует явные преимущества по качеству звука по отношению к выпускающейся на данный момент аппаратуре
(при этом будучи до сих пор доступной на вторичном рынке даже в разы дешевле чем самые современные соответствующие образцы).

По иронии судьбы, но в контексте традиционного стерео процесса, чем больше влияние некого класса компонентов на общее звучание аудио системы, тем меньше он затронут последними достижениями технического прогресса (те же электро-акустические трансдюсеры (акустические динамики) – отличный этому пример).
И наоборот: за исключением крайне редких и малоизвестных технологий (например, компании deqx), чем более о современной инновации идёт речь, тем меньше её влияние на общее качество звука системы (примером этому могут все последние цифровые «навороты»).

По этой причине, рецензии конкретного видео оборудования основаны только на исследовании его полного соответствия определённым стандартам, и прямое сравнение между электронным изображением и визуальной реальностью даже и не предполагается к рассмотрению.
Проведение же рецензий на конкретное аудио оборудование, как правило, прибегает к прямому сравнению со звуковой реальностью, но так как подобные проекции рецензента являются чрезмерно субъективными, то сомнительные косвенные улики, типа, «оживлённого притопывания ногой в такт музыки» или «покрытия (его) гусиной кожей» часто используются с целью замещения отсутствующих объективных способов оценки качества звука данного «железа».

Придёт ли сейчас кому-нибудь в голову притащить с помойки некий старый телевизор и начать на нём смотреть программу «Время»?! Конечно же нет, в то время, как в аудио, в-основном, по всё той же вышеуказанной исторической причине, аналогичный (sic!) процесс всё время ещё продолжает постоянно происходить.

Также, отсутствие общепринятых стандартов качества звука в аудио, которые бы досконально отражали его свойства, с неотвратимостью поставило эту индустрию на стыке «техники» и «искусства», где присутствуют некое количество объективных технических представлений и объективных показателей работы аудио систем, но не связанных воедино некими всеобъемлющими и однозначными корреляциями с качеством звука, а зияющие пустоты в объяснении демонстрируемых аппаратурой свойств заполняются субъективным дискурсом разной степени авторитетности.


Высший сегмент любой индустрии – это удел небольших компаний, и когда говорят, «чтобы ужинать с богатыми, нужно кормить завтраками бедных» (в данном случае, по уровню запросов) - а, к сожалению, численность «бедных» всегда на порядки больше чем численность «богатых» - то в случае High End Audio это означает то, что чем мельче компания, тем больше вероятность ожидать от неё абсолютных по качеству продуктов (где в аудио с частью продуктов может вполне справляться компании, состоящие и из одного человека).
Соответственно, большинство из компаний в этой индустрии состоят буквально из нескольких человек.

Такие масштабы настолько мелких изолированных частных интересов, помноженные на фактор воинствующего субъективизма, лежащего в основе стороны «искусства» High End Audio, создают порочный круг, центробежная сила которого препятствует созданию какого-либо торгового сообщества, которое было бы в состоянии выработать все необходимые и общепринятые стандарты качества звука.

Парадокс здесь заключается в том, что с одной стороны, весь высший сегмента аудио индустрии страдает больше всех остальных от отсутствия подобных стандартов, так как их наличие является самой основной необходимой предпосылкой для его дальнейшего позитивного развития, а, с другой, никто из его основных участников не заинтересован в их принятии, так как в этом случае подавляющее большинство из них просто останется «за бортом».

                             «ЖИЗНЬ БЕЗ МУЗЫКИ БЫЛА БЫ ОШИБКОЙ»
Обрисовав сверху в общих чертах основные противоречия современного High End Audio (всё это в гораздо большем количестве (подчас, неприглядных) деталей разбирается в этой книге), нельзя не отметить его жизнеспособность на протяжении всей его истории, исчисляющейся, по крайней мере, с середины 60-х годов прошлого века.

Эта жизнеспособность, конечно же, основана на том, что во все времена продолжает существовать значительная часть населения, которая, по выражению Фридриха Ницше, до сих пор считают, что «жизнь без музыки была бы ошибкой».

Не говоря уж о том, что, в свою очередь, среди последних существует большая группа тех, кто всегда верили в то, что существуют некие специальные намерения, а также и некие особые специальные усилия, которые могут вдохнуть в обычную «приземлённую» аппаратуру какие-то совершенно невероятные музыкальные качества, создавая в аудио совершенно особенный его класс.


                                             ОСНОВНЫЕ ВОПРОСЫ

В чём же состоит основная суть этого «особого» оборудования?

И что оно делает такого, чего более «приземлённая» техника делать не может?

Основная проблема сходу и однозначно ответить на эти два вопроса заключается в том, что под общей вывеской под названием «High End Audio» сейчас (принудительно, как в коммунальной квартире, со-) существует целый набор достаточно разнородных продуктов и явлений.

Например, усилия некоторых его адептов как будто бы направлены на любительское изучение того, насколько чувствительным может быть человеческий слуховой аппарат, других – свидетельствуют о типичных комплексах анально-ретентивной фиксации на собирательство всего и вся, затем, некая часть, якобы, аудиофилов явно использует всю эту технику не более, чем для удовлетворения непреодолимой потребности в повышении собственной самооценки, для завзятых же технократов здесь также всегда найдутся какие-то новые очевидные возможности приложиться к «находящихся на самом острие научно-технического прогресса» решениям, в то время как основная возня под вывеской «Хай Энда» происходит вокруг великого множества всевозможных средств для бесконечного полирования старых аудио «паровозов».

И если ветераны этой индустрии воспринимают подобный «кавардак» как само собой разумеющееся, то можно себе представить, какое замешательство он может вызывать у непосвящённых.


Безусловно, это замешательство, когда у тебя перед носом постоянно жонглируют полностью противоречащими друг другу идеями, и является главной причиной того, почему мы не наблюдаем никакого массового притока «Новой Крови» в High End Audio, для стимулирования которого необходимы ясные ответы, как минимум, например, на следующие уже более конкретные вопросы:

— Каким образом мы должны воспринимать индустрию, которая так до сих пор и не сформулировала — чётко и исчерпывающе — главную идею, лежащую в основе своего существования?

-  Соответственно, что отличает Настоящее High End Audio от Ненастоящего?


И далее…

— Насколько необходимым является выжимание из музыкальных носителей – с помощью «вертушки» за $150 000 и головки за $15 000 – самых ничтожных остатков информации (таких как, например, отзвук работавшего во время записи в студии кондиционера)?

— Действительно ли нам необходимо платить $1 000 за “first press”-виниловые пластинки или, скажем, $500 за копии «мастеров» на магнитной ленте, чтобы по-настоящему прочувствовать записанную на них музыку?

— Является ли единственной причиной для существования «аудио-ювелирки» её способность повышать самооценку своих владельцев, или существуют ещё какие-то другие причины для того, чтобы покрывать отдельные части тонармов чистым золотом?

— Насколько важны, опять же, все последние «hi-res-навороты» с тем, чтобы услышать и переварить все тончайшие музыкальные интеллектуальные и эмоциональные мысли и идеи?

— И если даже и существует масса причин декларировать, что «будущее аудио – в прошлом», то что же из этого прошлого мы должны однозначно перенести хотя бы в настоящее (а что — навсегда оставить там покоиться с миром)?

- Ну, и наконец, каким же тогда конкретным рекомендациям нужно следовать для успешного приобретения и установки Настоящей «хай эндной» аудио системы?

На самом деле, всё это – те реальные вопросы, которые неизбежно возникают в голове у любого стороннего наблюдателя при виде проезжающего мимо него «аудиофильского цирка» на гастролях.

В нынешней ситуации, когда в обществе растет запрос на общую «осознанность», особенно в среде наиболее «продвинутой» части изнеможённого чрезмерным «потребительством» нового поколения, включая и запрос на полную осознанность утилитарности того или иного явления, исторически сложившаяся индустрия High End Audio просто обязана быть постоянно готовой осмысленно, убедительно и чётко на этот запрос адекватно ответить.

И в том числе и предоставляя некие адекватные ответы, не только на все только что поставленные сверху вопросы, но и на все подобные.


Опять же, подробным ответам на многие из этих, а также и на другие подобные вопросы, посвящена значительная часть данной книги, здесь же, пока достаточно привести только, скажем, ответы на два первых (и самых главных) из них (кстати говоря, только значительно более подробным ответам на которые в книге посвящена не одна глава).


                                       ОСНОВНЫЕ ОТВЕТЫ

Если схематично прочертить основную логику этих ответов, то на основе предполагаемой фундаментальной потребности аудиофилов в духовном росте и личном развитии через слушание музыки, эта логика связывает воедино конкретно-исторические, феноменологические, экономические, психо-лингвистические и эстетические аспекты High End Audio.


Конкретно-исторический аспект High End Audio неразрывно связан с самим значения слова «стерео». По-гречески оно обозначает «твёрдый» (e.g. «стереотип»), и причина, по которой изобретатель самого процесса стерео записи Алан Блюмлайн в 30-е годы прошлого столетия выбрал это слово для названия своей технологии заключается в том, что её ключевой аспект содержится в создании с помощью двух акустических систем «твёрдых», или «осязаемых» Кажущихся Источников Звука (или «стерео образов»), чётко локализованных в некой совокупной «звуковой сцене», находящейся в пространстве между, за  и вокруг акустических систем.

Поэтому с феноменологической точки зрения основным критерием качества звука (по определению самой технологии «стерео» - а она до сих пор повсеместно везде всё ещё используется) является способность стерео систем чётко фокусировать Кажущиеся Источники Звука (по аналогии с фокусировкой фото- и видео изображений).
Так как до сих пор не существует, ни объективных способов количественного измерения степени этой фокусировки для данного конкретного случая установки стерео систем, ни, тем более, соответствующего регистрирующего для этого оборудования (кроме наших ушей и мозга), то любые существующие процедуры технических измерений не могут её оценить в-принципе.
Соответственно, любая, так называемая, «стерео» аппаратура, чьи свойства опираются только на всевозможные исторически сложившиеся процедуры технических измерений, упускает из виду этот основной критерий качества звука стерео систем.
Что делает такую аудио технику второсортной по определению.

В то же самое время, так как подобная степень фокусировки звука легко регистрируется слухом, то она может быть использована в качестве не только одного из критериев качества звука как такового, но и в качестве одного из дополнительных/относительных критериев для установления, либо, принадлежности некой конкретной аудио аппаратуры к её определённому классу, либо, нет.

С точки зрения приверженности своим корням, претендуя «на абсолют» в качестве звука, Настоящая техника класса High End Audio должна ставить во главу угла именно максимальную степень фокусировки звука и степень его «голографичности» в трёхмерном стерео поле «звуковой сцены».
С феноменологической точки зрения на качество звука, это и есть одно из основных критериев отличия подобных стерео (!) систем от более «приземлённых».

По личному опыту автора этой книги, все те буквально несколько исключительных по своему эффекту демонстраций аудио систем, которые ему довелось услышать за всю свою жизнь, и которые он мог бы буквально посчитать по пальцам одной руки, обладали одним общим свойством: они завораживали аудиторию не столько правильностью тембров, не столько парящей микродинамикой, не столько высочайшим музыкальным разрешением и прочим, сколько именно выдающейся голографичностью их звуковой презентации (что, кстати, может быть просто следствием наличия у данных системных конфигураций не какого-то разрозненного набора «правильности» всех только что перечисленных рабочих параметров, а именно всей необходимой совокупности).

Что феноменологически и подвигло автора на выдвижение в своей книге данного тезиса о приоритете голографичности стерео презентации над всем остальным с точки зрения оценки качества звука данной аппаратуры. К тому же самому там он подходит ещё и с совсем с другой стороны (см. обсуждение психо-лингвистического аспекта утилитарности High End Audio ниже).

Однако, как в случае домашнего аудио, так и в случае портативного, для полноценной технической реализации данного явления основным фактором является свойства самого важного и самого дорогого компонента аудио системы – пространства для прослушивания (а также «правильной» расстановки в нём акустических систем).

Поэтому, с технической точки зрения, получение максимальной голографичности звуковой сцены является самым сложным и соответственно самым затратным процессом, причём, не только на уровне производителей, дилеров и установщиков, но также и на уровне самих конечных пользователей.


Точно таким же образом, и с экономической точки зрения, создание явно выраженного эффекта голографии стереозвука также является наиболее затратным процессом (в силу необходимости использования очень дорогих технологий в производстве и в последующей установке).
И именно в степени проявления этого эффекта на своей аппаратуре более «приземлённые» аудио производители (как правило, при гораздо меньших бюджетах) с их последующей инфраструктурой (дилеров и прочих) всегда значительно уступают намного более «продвинутым» «хай эндным» компаниям (которые на максимальное воссоздание этого эффекта, по идее, не должны жалеть никаких, ни сил, ни времен, ни средств).

И именно поэтому, более «приземлённые» производители, при обсуждении основных свойств своей аппаратуры, чтобы избежать разговоров по поводу её соответствующих возможностей, так и постоянно пытаются замалчивать даже само наличие этого «стерео» эффекта.

И именно поэтому подавляющее большинство людей вне сугубо по-настоящему «аудиофильского» сообщества даже и не догадываются о его существовании (и, соответственно, даже и не догадываются об изначальном значении слова «стерео»).


Психо-лингвистический аспект использования аудио систем самого высокого класса в первую очередь связан с их основной функциональностью (или, по-другому, утилитарностью).

В свою очередь, она неразрывно связана с наличием различных «музыкальных языков» присущих каждому из жанров и разновидностей музыки.

Поговорка «все слушают ту музыку, которую они слушали в четырнадцать лет» означает то, что, как и в случае родного вербального языка, мы его не выбираем, а «впитываем с молоком матери», точно также мы не выбираем и свой родной «музыкальный язык», а впитываем его в определённый период формирования нашей личности в силу сложившихся в это время конкретно-исторических личных обстоятельств.

Также, ряд исследований по лингвистики установили, что чётко сфокусированное трёхмерное воспроизведение звучания иностранного языка, скажем, через специальные лингафонные системы (в книге присутствуют конкретные их примеры), категорически повышают эффективность его изучения.

Соответственно, естественно предположить то, что и такое же чётко сфокусированное трёхмерное воспроизведение музыки через соответствующие аудио системы (в книге присутствуют конкретные примеры и их тоже) может существенно способствовать наиболее эффективному изучению новых музыкальных «языков» (или их дальнейшему более «продвинутому» изучению).


Далее, известно, что с целью существенного повышения эффективности работы нашего мозга, его когнитивная (и не только) деятельность основана на создании «аттракторов», то есть своего рода интеллектуальных шаблонов.

Такие шаблоны в голове позволяют музыкальному посланию и его основному смыслу просачиваться как через одноразмерное «моно», так и через упрощённую «плоскую» (двухмерную) версию двухканального, якобы, «стерео», причём, даже тогда, когда качество воспроизводимого звука может быть при этом более чем посредственным.


Соответственно, из всех только что приведённых обстоятельств можно вполне допустить следующее: в силу существующих в нашем мозгу психологических механизмов, при уже сформировавшихся в голове языковых шаблонах, качество звука, похоже, перестаёт оказывать какое-либо существенное влияние на полноценное восприятие уже знакомых жанров звуковой коммуникативной информации (e.g. «полное восприятие сказанного на родном языке даже при очень плохой связи по телефону»).


В то же время, для способствования процессу формирования новых языковых шаблонов (включая и музыкальные), через которые реализуется беглое владение соответствующими языками, самым важным параметром, влияющим на его эффективность, является максимально возможное качество звука (основным проявлением которого и является его сфокусированная «трёхмерность»).


Вполне возможно, что это повышение эффективности связано с тем, что в естественных условиях наш мозг привык иметь дело только с сфокусированным трёхмерным звуковым излучением, поэтому для быстрого формирования новых языковых шаблонов, в том числе и музыкальных, ему нужен непосредственный и привычный для него доступ ко всей натуральной совокупности соответствующих фонетических сигналов и даже слабых намёков на них.

Слава Богу, что древняя технология «стерео» записей вполне предоставляет нам такую возможность!

Другое дело то, что единственная аудио сила, которая всемерно держится за корни этой аудио технологии и всячески их охраняет - это их цитадель в виде (Настоящего) High End Audio.


                            ГЛАВНЫЙ ФУНКЦИОНАЛ HIGH END AUDIO

Следуя всем предыдущим доводам вполне логично можно предположить то, что основным функционалом Настоящей High End Audio-аппаратуры является предоставление в её виде наиболее эффективного инструмента для изучения новых музыкальных языков.
Для истинных аудиофилов, стремящихся к росту и развитию через музыку - от простой, «заслушанной до дыр начиная с четырнадцать лет», ко всё более и более сложной – он способен стать мощным орудием для достижения подобной цели.


Таким образом, подлинный смысл High End Audio заключается в удовлетворении потребности слушателей в обретении мастерства владения новыми для них музыкальными «языками», с помощью которых они могли бы проникать — на всё более и более глубоком для себя уровне — в тончайшие нюансы музыкальных мыслей наиболее выдающихся композиторов, которые, в свою очередь, максимально глубоко выражены (на соответствующих музыкальных языках) самыми выдающимися из музыкантов.  


…Позволяя таким образом развивающимся слушателям реализовать колоссальный потенциал собственного духовного развития, заложенный во всемирном наследии мировой музыкальной культуры.

Именно на таком своём предназначении Настоящее High End Audio основывает свой эстетический аспект, который, наравне со всеми его другими неразрывно связанными друг с другом вышеперечисленными аспектами, вносит свой вклад в его коренное отличие – особенно по подразумевающейся его таким образом функциональности - от всевозможных примеров обычной «приземлённой» аудио техники (а также и от его всевозможных суррогатов).


                     «СЛЕСАРЮ СЛЕСАРЕВО – КЕСАРЮ КЕСАРЕВО»

За обилием всевозможных мифов вокруг High End Audio очень непросто увидеть его реальное содержание и те его подлинные достижения, которые могут открыть для правильно подготовленным слушателям доступ ко всем его огромным возможностям.    
  
В данному случае, «правильно подготовленному слушателю» - это ключевое выражение. На самом деле, фундаментальное отличие High End Audio от более «приземлённой» техники, говоря здесь не только о совсем массовой, но даже и той технике, для которой часто используют обозначения типа «hi-fi» или «mid-fi» (особенности каждого из этих понятий подробно разбираются в данной книге) заключается в гораздо большей степени творческой вовлеченности его пользователей в максимальной реализацию потенциала их аппаратуры.
В то время как в случае более простых аудио систем, подобные усилия пользователя их производители всегда пытаются свести к абсолютному минимуму.
Как и в любой другой области искусства, одной ногой на которое опирается самая высококачественная аудио техника, значение слова «подготовленный» включает в себя не только присущую «души прекрасным порывам» коннотацию изначального «требования жертв» - времени, сил и ресурсов пользователя, но и упомянутую свыше полную осознанность ими по поводу своих самых серьёзных намерений насчёт «звука».  

И в отличие от обыкновенной «приземлённой» аудио техники, где от её пользователей предполагается только получение удовольствия, и ни о каких дополнительных жертвах там речь просто идти не может, в Настоящем High End Audio, находящаяся на поверхности часть возможного потенциала аудио аппаратуры – это только «вершина айсберга», а вся её основная, «подводная», или спящая, часть может быть разбужена и реализована только страстной творческой энергией его пользователей (или соответствующих их представителей в лице дилеров, установщиков и прочих).

Если пользователи оказываются к этому «неподготовленными», то они могут оказаться в абсурдном положении чудака, «забивающего гвозди микроскопом»
(кстати говоря, по собственному опыту автора, как инсайдера этой индустрии, среди вышеуказанных 14% самопровозглашённых «аудиофилов» в отчёте СТА определённо найдётся очень немало и таких).

Что называется, «кесарю-кесарево, а слесарю – слесарево». И даже если инструментарий такого далеко не бедного «слесаря» может включать в себя «золотые микроскопы», но при этом использующиеся не более, чем «молотки» для забивания музыкальных «гвоздей» (пусть, даже, и с головкой из чистого золота).
Поэтому само наличие «аудио-ювелирки» среди полного перечня высшего сегмента аудио техники к Настоящему High End Audio не имеет ровным счётом никакого отношения.


                                     «I HAVE A DREAM…»

Как уже упоминалось вверху, если, скажем, даже семьдесят лет назад единственной возможностью полноценно воспринимать серьёзную музыку было посещение концертных площадок, то, в полном соответствии с техническим прогрессом, сейчас это уже далеко не так.

На самом-то деле, индустрия High End Audio должна быть вооружена полным осознанием своей общественной пользы, в том числе и тем, что она, обладая всем необходимым арсеналом средств для полноценной подмены (баснословно затратных) концертных площадок, может быть вполне и сама «артистическим» звеном в создании музыки, при этом, как и наилучшие «серьёзные» концертные площадки, предлагая своим пользователям весь необходимый арсенал средств самого высокого артистического уровня.

Как бы утопично это и не звучало, но в контексте реального экономического, а, главное, культурного, эффекта от подмены «живого» музыкального опыта, получаемого на значительном числе концертных площадок, путём широкого внедрения своего «полностью конгруэнтного человеческим возможностям полноценно воспринимать музыку» оборудования, эта индустрия тоже вполне бы могла претендовать, наравне с пользующимися всевозможными поддержками другими направлениями в культуре, и на них тоже, в том числе и на государственную. Которая могла бы включить в себя также и участие этой индустрии в профильных государственных образовательных программах.

Даже только для продуктивного существования всевозможных «Больших и Малых Залов Филармоний» им всё равно потребуется в будущем достаточное количество хорошо подготовленной публики, а с нынешней, всё усугубляющейся культурной политикой «свободного» рынка, с его пресловутым явлением «культурной эрозии капитализма», откуда же тогда она возьмётся в самом ближайшем будущем?!

На самом деле, «голубая» мечта автора этой книги всегда заключалась в том, чтобы эта индустрия однажды смогла избавиться от перманентного состояния «беременности» и, наконец-то, обрела полную свободу, в том числе и свободу доступа к её продукции со стороны средних по доходам «простых» любителей музыки.

Снятие с себя оков, основанных, как на презумпции чисто обывательского потребления технологий исключительно для всевозможных развлечений, так и на пресловутых рыночных механизмах, однозначно загоняющих её в тупик безудержного роста цен на свою продукцию, позволило бы данной индустрии претендовать на статус вполне респектабельного поставщика некой разновидности «музыкальных инструментов».

На уровне же не более, чем некоторого примитивного потребительского товарного оборота развлекательного свойства в условиях свободного рынка, перспективы дальнейшего существования индустрии High End Audio, рано или поздно, но всё равно, заставят всех услышать в его названии только одно ключевое слово — «(The) End».


                               В ЧЁМ СМЫСЛ «АУДИО АЛЬПИНИЗМА»?

В 1943 году американский психолог Абрахам Маслоу издал свою знаменитую работу «Теория человеческой мотивации», которая ввела в обиход представление о людях, как о существах, имеющих иерархию потребностей (цитируется Атула Гаванде «Будучи смертным»):


«Эта иерархия потребностей обычно представляется в виде пирамиды. В её основании – наши базовые потребности, то есть основы нашего физиологического выживания (такие как пища, воздух и вода). Уровнем выше – наша потребность в безопасности (такие как закон, порядок и стабильность). Ещё уровнем выше – наша потребность в любви и близких. Еще выше уровнем находится наши потребности в росте и развитии - в возможности добиваться собственных целей, в овладении знаниями и мастерства, в признании наших заслуг и достижений. И, наконец, на вершине этой пирамиды находится наше желание того, что Маслоу впервые назвал «самореализацией», то есть достижение собственного счастья путём следования моральным идеалам и использования собственных творческих способностей ради самого творчества».


Причём все потребности завязаны в некое единое целое, где каждая существует в непрерывном взаимодействии с остальными, позволяя обеспечивать устойчивость всей этой конструкции, а каждый последующий уровень соответствует последовательным стадиям формирования зрелого человека.


За тридцать пять лет до выхода исследования Маслоу, философ из Гарварда Джосайа Ройс опубликовал свой труд «Философия Лояльности», в котором он попытался понять, почему «просто» полностью обеспеченное существование кажется людям пустым и бессмысленным.
Что нам ещё нужно, чтобы почувствовать свою жизнь наполненной смыслом?
Ответ на последний вопрос, по мнению Ройса, состоит в том, что потребность в этом смысле присутствует в любом человеке, но мы его ищем вне самих себя.
Он назвал преданность этому основополагающему внешнему смыслу «лояльностью». Её он видел в качестве противоположности индивидуализму.
При этом Ройс ненавидел воинствующий индивидуализм. Наоборот, он писал (цитируется Атула Гаванде «Будучи смертным»):


«…Человеческим существам, как воздух, нужна лояльность. Она не обязательно приводит к счастью, и может быть даже сопряжена со страданиями, но всем нам нужно что-то большее, чем мы сами, чтобы наша жизнь становилась переносимой. Без этого большего, нами управляют только наши желания, а они – мимолётны, капризны и ненасытны. Они приносят, в конце концов, только муки… Каждый момент существования человека изнутри – это переход от одного импульса к другому…Так как мы не можем увидеть никакой свет внутри себя, давайте же тогда попробуем увидеть его снаружи».


Современные психологи заменили термин «лояльности» по Ройсу, то есть, вкратце, «чего-то большего, чем мы сами, снаружи нас», на понятие «трансцендентности».
После чего они установили на вершине пирамиды Маслоу, сверху уровня собственной самореализации, ещё один дополнительный уровень мотивации — трансцендентную потребность.

Любопытно, что откорректированное изображение пирамиды Маслоу с верхним элементом «трансцендентности» пока что можно найти в интернете только в английской версии, все русскоязычные доступные изображения оказались устаревшими: до сих пор все они заканчиваются (и, видимо, не случайно), на уровне (особо актуальной для всё ещё продолжающегося «смутного» времени у нас в стране) самореализации.

В данной книге предлагается использовать пирамиду Маслоу для объяснения «содержания» различных аудио продуктов в соответствии с их положением на различных её уровнях.


Конкретное положение того или иного продукта на одном из уровней подобной пирамиды определяется, как уровнем предполагаемых высочайших потребностей, которые удовлетворяются с его помощью производителем (а также этим же уровнем предполагаемых высочайших потребностей, которые удовлетворяются представляющими этот продукт дистрибьюторами, дилерами и всеми остальными участниками этого процесса), так и, точно таким же предполагаемым высочайшим уровнем своих потребностей, которые с помощью этого продукта удовлетворяются и самими его потенциальными покупателями. Через «содержание» данного продукта как направляющую силу, все они должны удовлетворять какие-то конкретные одни и те же высочайшие жизненные потребности с его помощью и поэтому должны встретиться друг с другом именно на этом конкретном уровне пирамиды, который, в свою очередь, и определяет насколько высок «уровень» данного продукта.

Отсюда следует то, что цена продукта напрямую никак не коррелирует с этим «уровнем», так как его «содержание» имеет гораздо больше отношения к высоте изначальных намерений, лежащим «в его основе» чем к его цене.


Не зря выражение «думать о высоком» (sic!) полностью перекликается с моделью Маслоу, поэтому использование автором в конце своей книги о «Высоком Пике Аудио» упоминания этой пирамиды помогает ему представить её содержание в определённой перспективе.
А именно, что, во-первых, действительно существует некий особо высокий уровень высочайших человеческих потребностей, и, во-вторых, что они могут удовлетворяться только через удовлетворение такого же точно высочайшего уровня этих же потребностей со стороны других (в том числе и с противоположной стороны «прилавочных баррикад»).


Собственно, как в постоянном нахождении на «высоком конце» этой пирамиды, так и в предоставлении и использовании для этой цели соответствующего аудио оборудования и заключаются, соответственно, как основной смысл Настоящего High End Audio, так и его основная функциональность.



(Все остальные подробности, включая детальное описание «12-ти Ступенек Лестницы в Аудиофильское Небо» в специальном Приложении-Инструкции Для Пользователя, см.:

Миша Кучеренко «СтереоПравда – Неполиткорректная История High End Audio».

Издательство «Машина Времени». Санкт-Петербург. 2020

https://www.timemachinebooks.ru)










20.04.2020 // Автор:  (Bigmisha) // Просмотров:  1212

Возврат к списку